Октябрь 18, 2018

“Турандот”: ускользающая история любви, окутанная в трагическую оболочку поэзии

Версия для печати
Татарский академический государственный театр опера и балета имени М.Джалиля снова распахнул свои двери в рамках международного фестиваля имени Ф.И.Шаляпина. В этом году заключительной оперой перед гала-концертом стала «дитя» Пуччини «Турандот» в постановке музыкального руководителя  и дирижера Рената Салаватова.

«Турандот» поставил один из интереснейших российских оперных режиссеров – Михаил Панджавидзе. Постановщик отметился несколькими работами в  казанском театре – это «Любовь поэта», «Мадам Баттерфляй», «Риголетто», «Джалиль», «Лючия ди Ламмермур». Список внушительный, и ни один спектакль не повторяет другой. Два спектакля из этого перечня были номинированы на «Золотую маску», дважды исполнители главных партий в этих постановках «Маску» получали.

Для казанских любителей оперы Панджавидзе в особых рекомендациях не нуждается. Тем не менее, перед режиссером-постановщиком спектакля стояла непростая задача: как известно, последняя опера великого итальянца осталась незавершенной, и в настоящее время существует несколько версий, дописанных впоследствии другими авторами. Режиссеры часто выбирают версию Франко Альфано со счастливым финалом. Но Казань не была бы Казанью, если не пошла бы по своему пути, а точнее по первоначальному: 25 апреля 1926 года в Милане состоялась премьера «Турандот», где постановка внезапно обрывается на самом интригующем моменте, и всплывают слова «На этом месте перо выпало из рук маэстро». Так в лучших традициях театрального искусства, не меняя и не добавляя ничего лишнего, театр имени М.Джалиля передает это хрупкое наследие, которое оставляет неподготовленного зрителя в раздумьях.

Продукт искусства «Турандот» — это не «китайский сувенир», а настоящая драма, одна из самых жестоких опер Пуччини. Ориентальный колорит отчетливо прослеживается в костюмах персонажей, ярких деталях, цветовой гамме спектакля. Художник-постановщик Игорь Гриневич очень бережно внес китайский акцент в стильные, выразительные костюмы персонажей, сценические элементы декораций, тонко обыграв связь между древней китайской легендой о жестокой принцессе и последней оперой Пуччини. Сценография решена с ненавязчивым использованием основных принципов традиционного китайского дизайна – «природа, простота, энергия».

Весь антураж, который создают декорации, был бы неполным без музыкальной составляющей. Дирижер, словно ювелир, филигранно создает  тонкую нить тех неуловимых чувств и эмоций, что творятся на сцене. А нотки пронзительной скрипки, виолончели, контрабаса  и кларнета рвут сердце, при этом нервно играя на струнах души зрителей, заставляя вжаться в кресло. Блестящее сочетание оркестра и партий солистов образовывает неповторимую атмосферу трагичной поэзии.  А если закрыть глаза и прочувствовать всю прелесть итальянской речи, то можно представить, что находишься где-то в римском амфитеатре на берегу Сицилии, и только гул аплодисментов возвращает вас в казанский партер.

«Турандот» – трудная опера, трудная по тембровым гармониям, по вокальным партиям. В этот вечер в спектакле главную партию вела солистка «Геликон-опера»  Елена Михайленко, партию Калафа – солист Мариинского театра Ахмед Агади, партию рабыни Лиу – солистка Татарского академического государственного театра опера и балета имени М.Джалиля Гульнора Гатина, партию хана Тимура – солист Национальной оперы Украины им.Т.Шевченко Сергей Ковнир. Главным хормейстером выступила заслуженный деятель искусств РТ Любовь Дразнина, за дирижерским пультом стоял маэстро Ренат Салаватов.

«Фестиваль имени Федора Шаляпин всегда для меня праздник, благодаря ему я полюбил Казань и этот театр. Для меня настоящий подарок судьбы, что я каждый год участвую в великолепном празднике жизни. Ведь это не просто фестиваль – это истинное чудо, многие мечтают попасть сюда, но, к сожалению, не могут. Фестиваль можно сравнивать с Новым годом, ибо из раза в раз мы всегда чего-то сказочного ждем, знакомясь с новыми дирижерами и артистами получаешь неиссякаемый заряд энергии. Но рано или поздно торжество заканчивается, конечно, уезжать не хочется,  но отправляешься в путь уже окрыленным и одухотворенным ускользающей красотой вашего  города и театра», – поделился своими эмоциями один из солистов  Ахмед Агади.

Главный же ребус многосоставного сюжета – любовь и самопожертвование. Катарсис в конце наступает неожиданно, герои гибнут, а зритель чувствует очищение.  Сначала рабыня Лиу приносит себя в жертву во имя любви, тем самым она показывает, что совершенная красота недостижима, а тот, кто рядом, дает искреннее и близкое тепло. В Калафе же погибает его безумное влечение к Турандот, а главная героиня умирает от самой мысли, что из-за своей гордыни она упустила светлую и чистейшую связь, которая бывает раз в жизни. Загадка любви, которая так и останется окутанной тайной, и которой так не хватает, пронизывает концовку оперы и оставляет неосязаемое чувство послевкусия.

Дарья Ярчихина

Close
loading...